<<< Назад

Хорошо иметь домик в деревне

В. Волчков

У москвича Потапенко есть дом в рязанской деревне. Далековато, конечно, но привык. То на собственном автомобиле, то на служебном «каблуке» ездит. Отпуск каждый год – там. Отношения с соседями сложились отличные. И стало ему казаться, что все считают его своим. Ни малейших намеков на чью-то неприязнь. Всё пошло иначе после одной неудачной поездки.

Как-то осенью, уже в темноте, поехал Потапенко на свою «фазенду». Почти весь путь остался позади, и тут он увидел встречную фару. Мотоцикл, «одноглазый» автомобиль? Сблизились. Мотоцикл! Первую загадку разгадал. Но тут же обнаружилась другая, более серьезная: как разъехаться на узкой дороге, если встречное транспортное средство хаотично перемещается от одной обочины к другой? «Только бы не вильнул в мою сторону в последний момент», – подумал Потапенко.

Столкновение все-таки произошло. Именно в последний момент мотоцикл оказался на левой половине дороги и тут же резко повернул обратно.

Из троих молодых людей, ехавших на мотоцикле, больше всех досталось девушке. У нее было сломано бедро. Владелец мотоцикла Переведенцев отделался испугом, если не считать ссадины, а его приятель Балов поранил голень. Последний, как установила экспертиза, был в нетрезвом состоянии.

Участники происшествия хорошо знали друг друга. Мотоциклисты просили не вызывать милицию, мол, сами виноваты, никаких претензий к Потапенко у них нет. А за помятый передок машины обещали расплатиться. Потапенко был настроен благодушно и согласился не давать делу официальный ход.

Совместными усилиями поставили автомобиль на дорогу (передние колеса угодили в кювет) и разъехались. Добравшись до своего деревенского дома, москвич позволил себе с устатку и чтобы не заболеть (пока хлопотали на дороге, он сильно замерз). Пил с соседом. Последний и стал свидетелем неожиданного появления официальной комиссии, которая зафиксировала нетрезвое состояние водителя автомобиля, о чем был составлен соответствующий протокол. Позднее выяснилось, что молодые люди решили (а может, надоумил кто-то постарше) не оставлять дело без последствий и наказать заезжего гостя. Делу был дан ход.

Молодые люди утверждали, что «Москвич» неожиданно появился на их стороне дороги, и Переведенцев не смог увернуться от удара. Автолюбитель Потапенко говорил, что не он, а мотоциклисты ехали по встречной полосе дороги. А на правую половину проезжей части, как того требуют ПДД, попытались перейти лишь в непосредственной близости от его машины.

Местный следователь легко разобрался в противоречивых показаниях участников ДТП. Осколки стекол на левой стороне дороги (по ходу движения автомобиля) – вот главное свидетельство. Где осколки, решил он, там и произошло столкновение. А водитель автомобиля говорит неправду. Не мотоциклисты, а он ехал с нарушением правил движения, следовательно, виновник аварии – он. И дело пошло в суд.

Защитить Потапенко взялся юрисконсульт одного из московских транспортных предприятий Михеев. Он попробовал восстановить истинную картину происшествия. Тем более что следы от колес автомобиля не могли появиться на дороге в том месте, где они зафиксированы на схеме, составленной при оформлении ДТП, если место столкновения было на полосе движения мотоцикла.

Скорее всего, по рассуждениям Михеева, получив удар, направленный к середине дороги, автомобиль вильнул влево и затормозил у обочины. Это согласуется с повреждениями машины, которые направлены спереди назад, примерно от середины к передней левой двери. Поэтому крыло и вздулось – весьма характерное повреждение для такого удара. По словам Потапенко, мотоцикл перед столкновением приближался к машине под углом около 45 градусов, а его заднее колесо частично было за кромкой проезжей части.

Михеев сопоставил повреждения мотоцикла и ранения молодых людей. У девушки сломано бедро, а на баке мотоцикла с левой стороны осталась вмятина. Значит, она сидела впереди. На водительском месте был Балов (нетрезвый). Поэтому подгулявшая молодежь и придумала версию, что мотоциклом управлял Переведенцев. На самом деле Переведенцев находился на сиденье для пассажира и получил самые легкие ранения. В качестве доказательства такого распределения ролей адвокат привел факт, что у Балова поранена голень, и получилось это потому, что, сидя на водительском месте, он при столкновении с автомобилем ударился о щиток мотоцикла.

Объяснить, почему осколки левой фары и фонарей автомобиля оказались на левой стороне дороги, защитник даже не пытался. Ему было ясно, что попали они туда не в результате ДТП. Веником или с помощью каких-то подручных средств кто-то предусмотрительно переместил стеклышки на другую сторону дороги, благо времени для этой операции было предостаточно. Осматривать место происшествия представители правоохранительных органов приехали только утром. Воспользовавшись авторитетными методическими рекомендациями, Михеев на суде пояснил, что если нет преграды, то осколки стекол рассеиваются в виде эллипса, большая ось которого совпадает с направлением движения.

В зависимости от того, на какое расстояние разлетелись стекла вдоль большой оси эллипса, можно с достаточной точностью рассчитать скорость движения перед ударом. И такие расчеты были сделаны. Результаты озадачили не только сторонников обвинения владельца автомобиля, но и судей. Дело в том, что если бы дорога, где произошло столкновение, была заасфальтирована, то 10-метровая продоль-ная ось эллипса соответствовала бы скорости 105 километров в час. Покрытие же в месте ДТП щебеночно-песочное. По нему осколки не скользят, как по сухому асфальту. Чтобы стекла разлетелись на 10 метров, скорость должна быть намного больше. К тому же свободному полету осколков мешал мотоцикл.

Вывод защитника: расположение
стекол не соответствует другим объективным факторам, поэтому строить обвинение только на этом единственном признаке неправильно. Тем более что следы от колес автомобиля, характер повреждений и ранения пострадавших опровергают выводы следствия.

Суд принял во внимание доводы защиты и вернул дело на доследование. Прокурор внес протест. Предстояло новое судебное разбирательство...

Комментировать ... >>
Loading...